"Возраст — это не диагноз, а козырь": Михаил Ильин-Адаев о том, почему зумеры проигрывают джентльменам ещё до начала разговора

В светской среде существует негласное правило: то, что происходит за бокалом шампанского в кулуарах премьер или на закрытых ужинах, редко становится достоянием общественности. Эти беседы — тонкая материя, сотканная из инсайдов, личных наблюдений и откровенностей, которые обычно остаются между собеседниками. Но мы решили нарушить традицию, разумеется, получив на это добро от нашего героя. Новая рубрика PEOPLETALK «По душам…» создана именно для того, чтобы приоткрыть завесу над тем, о чем шепчутся в первых рядах светских хроник. Каждый месяц мы будем приглашать героев, чьи имена у всех на слуху, и просить их говорить не о премьерах и анонсах, а о том, что действительно их волнует: о моде, этике, поколенческих разрывах и правилах игры в мире, где статус решает если не всё, то очень многое.

Первым гостем рубрики стал Михаил Ильин-Адаев, автор авторитетного медиапроекта «Михей». Михаил — фигура в московской светской тусовке заметная, но при этом он принадлежит к тому самому молодому поколению, которое сегодня все чаще называют «настоящим», а не «будущим» гламурной индустрии. В беседе он оказался предельно честен, затронув болезненные темы эйджизма, трансформации мужского поведения и того, как виртуальная реальность искажает наше восприятие офлайн-жизни.

С первых минут разговора Михаил признался, что остро ощущает на себе давление стереотипов. «Я не просто чувствую разницу поколений, — говорит он, — я буквально сталкиваюсь с эйджизмом со стороны некоторых маститых героев, журналистов и PR-специалистов». По его словам, эта проблема системная, но, к счастью, касается лишь меньшинства. Те, кто действительно держит руку на пульсе современного рынка и аудитории, давно осознали прописную истину: поколение Z — это уже не дети за школьной партой, это активная рабочая сила, платежеспособная аудитория и полноценные участники любых деловых переговоров. «Классно, что многие выстраивают с нами коммуникацию на равных, — добавляет Михаил. — Это признак здорового профессионального сообщества».

Говоря о трудовой этике и подходе к задачам, Ильин-Адаев подмечает фундаментальную разницу в менталитете. Старшее поколение привыкло к иерархичности и процессу ради процесса, тогда как зумеры славятся своей прагматичностью и фокусом на сильных сторонах. «Мы четко знаем, в чем мы хороши, и не готовы тратить время на лишнюю бюрократию, — объясняет он. — Если я талантливый гест-менеджер и умею делать мероприятия живыми, зачем мне самому сидеть и сводить таблицы с отчетами? Это делегируется тому, кто делает это быстрее и лучше». Однако, по его мнению, самое ценное качество молодого поколения — отсутствие ностальгии по недосягаемому «раньше». Михаил уверен: миллениалы и зумеры куда меньше сравнивают настоящее с прошлым, а значит, легче адаптируются к изменениям и с меньшим драматизмом воспринимают выход из зоны комфорта. «Даже если на мероприятии подают игристое, от которого наутро болит голова, мы просто не придаем этому значения — мы здесь ради атмосферы и общения, а не ради оценок», — смеется он.

Вопрос закрепления в светском обществе для молодого человека сегодня стоит остро как никогда. И здесь, по мнению Михаила, волшебной таблетки нет, но есть три кита: самобытность, харизма и интеллект. Однако нельзя сбрасывать со счетов и «уместную наглость» — качество, которое позволяет не затеряться в толпе, но при этом не выглядеть невеждой. «Без этих качеств путь будет качественнее, но гораздо медленнее», — уверен эксперт. Интересно, что главный маркер «случайного» человека в свете — это неуместный восторг. Неподдельное восхищение масштабом помещения, первой в жизни черной икрой или внезапно мелькнувшей селебрити выдают новичка с головой. «Здесь действует железное правило: ты должен выглядеть как рыба в воде, даже если ныряешь в первый раз. Именно это умение сохранять лицо и создает ауру своей среды», — делится секретами Михаил.

Одной из самых острых тем в разговоре стала субординация. Старшие сетуют на панибратство и нежелание молодежи «страдать» на рабочем месте, на их стремление жить полной жизнью здесь и сейчас. Михаил признает: формальная субординация действительно хромает, но ставит встречный вопрос — везде ли она так уж необходима? Гораздо более серьезной проблемой автор «Михея» называет дистанцию. Вопреки стереотипу о гиперобщительных зумерах, Михаил считает, что они менее коммуникабельны в реальной жизни. В этом кроется главный парадокс современности.

Этот парадокс становится еще очевиднее, когда речь заходит о влиянии социальных сетей. Михаил бьет тревогу по поводу искаженного восприятия действительности, которое формируют короткие видео. «Reels — это бич XXI века, — не стесняется в выражениях он. — Нам транслируют жизнь 0,001% населения планеты, и это создает массовую иллюзию доступности». Отсюда берется то самое желание принадлежать к «свету», не имея к нему отношения, и бесконечная погоня за эстетикой, которая существует лишь на экране смартфона. Проводя историческую параллель, он шутит: «Был бы у Людовика XIV Instagram*, его крестьяне точно так же хотели бы жить в Версале». И если в мессенджерах и социальных сетях молодые люди позволяют себе максимум дерзости и иронии, то в жизни они оказываются куда скромнее — и это скромность не от недостатка самооценки, а от неумения выстраивать «живой» контакт с первого слова.

Говоря о практической стороне этикета, Михаил убежден: мужчина на мероприятии обязан взять на себя роль проводника для своей спутницы. Это означает познакомить ее с нужными людьми, проследить за комфортом, проводить. «Я понимаю, что это звучит слегка мизогинно для современных реалий, — честно признается он, — но светское общество держится на этикете, а этикет подразумевает внимание к даме». По его мнению, это не принижение женщин, а форма культуры, которая делает вечер приятным для всех участников. Отсутствие этих простых действий сейчас все чаще воспринимается как дурной тон, и тенденция эта, по наблюдениям автора «Михея», весьма грустная. Манеры уходят на второй план, уступая место практицизму или, наоборот, гипертрофированной маскулинности.

Подводя итоги нашей откровенной беседы, становится ясно, что светское общество сегодня представляет собой сложный слоеный пирог из амбиций, возраста и цифрового следа. Эйджизм, разрыв в коммуникациях и размытые гендерные роли — это лишь верхушка айсберга. И если старшее поколение все еще учится принимать зумеров с их честностью и делегированием, то зумерам, в свою очередь, не помешало бы перенять у старших ту самую живую коммуникабельность и чувство такта, которые не купишь за лайки.

— Организация Meta, владеющая соцсетями Instagram и Facebook, признана экстремистской и запрещена на территории РФ.